Гагаузия в новостях - это новости Гагаузии в СМИ Гагауз Ери, Молдовы и других стран. Публикации о Гагаузии в Интернете. Общество. Политика. Культура. Образование. Спорт. Криминал. Объявления. Новости и реклама от пользователей сайта.

Новости Гагаузии Гагаузия в Интернете История Буджака Выдающиеся гагаузы Добавь свою новость

Меню сайта

Это интересно

Гагаузия в Интернете

Выдающиеся гагаузы

КВИЛИНКОВА Е. Н. НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ИДЕНТИФИКАЦИИ И ИДЕНТИЧНОСТИ ГАГАУЗОВ
Известно, что более или менее значительные изменения в народной обрядности происходят только под действием глубоких и длительных этнокультурных процессов. В большей степени этническая специфика сохраняется в духовной культуре: в форме поведения, в системе ценностей, в обрядах и обычаях, что в целом обуславливает  сохранение определенной группой  своего особого этнического самосознания. В традиционной культуре отражаются все изменения, происходившие с народом на протяжении его истории, будь то смена хозяйственного уклада, территории проживания, религии и т. д.

Изучение традиционной культуры гагаузов через призму их идентичности является актуальным, поскольку до настоящего времени вопрос об этногенезе этого народа является дискуссионным. В данной статье автор не ставит своей задачей исследовать вопрос происхождения гагаузов, а лишь затрагивает некоторые аспекты, связанные с самосознанием гагаузов и их идентичностью. Для этнического самосознания гагаузов, проживающих на территориях различных государств, характерна двойная самоидентификация. Гагаузы Болгарии, Приазовья и Северного Кавказа официально идентифицируют себя, главным образом, с болгарами, гагаузы Греции – с греками («duyerlar kendini urum» – ПЗА).

       В настоящее время идентификация себя только с одним этносом характерна лишь для гагаузов Молдовы и юга Украины (Одесской области), в отношении к которым в науке используется термин «бессарабские гагаузы». Однако следует отметить, что при переселении на территорию Бессарабии из-за Дуная (во второй половине XVIII – начало XIX в.) для этнического самосознания гагаузов была характерна двойная самоидентификация: гагаузы-болгары и гагаузы-греки, о чем свидетельствуют архивные документы, содержащиеся в НА РМ. Это позволяет говорить о том, что в указанный период процесс формирования у гагаузов этнического самосознания еще не был окончательно завершен.

      Украинский ученый А.В. Шабашов рассматривает вопрос о причинах  самоидентификации гагаузов в рамках иных этнических общностей (болгары, греки) как сознательное действие со стороны всего этноса, в основе которого были вполне конкретные мотивы: «естественно, что гагаузы, поскольку они хотели поселиться в пределах Российской империи, должны были завуалировать свою этничность и даже сами выдумывать свое болгарское происхождение, пока их правовой статус окончательно не закрепился». Вряд ли можно категорически отрицать присутствие данного мотива при самоидентификации гагаузов. И все же думается, что он являлся все же не основным. Причисление себя к более крупным народам (болгарам и грекам) не противоречило самосознанию гагаузов, в основе которого лежало осознание важности и приоритета этнокультурной общности и религиозного единства. Однако это не дает основание говорить о том, что для гагаузов в этот период не был характерен принцип самоидентификации по этническому признаку. Несомненно, они дифференцировали себя от болгар, поселялись компактно и, по возможности, основывали в Бессарабии мононациональные села.

         Формированию в психологии народа принципа двойной самоидентификации во многом способствовали существовавшие на Баланах исторические условия, в которых жили гагаузы (противопоставление себя по этническому и культурному признаку туркам). На наш взгляд, основным критерием для гагаузов в вопросе их самоидентификации в тот период служил принцип включения себя в определенную этнокультурную общность, который основывался на существовании значительного сходства традиционных культур и единства религиозной принадлежности.   

        Высказанный нами вывод о двойной самоидентификации гагаузов делает необходимым рассмотрение некоторых моментов, связанных с вопросом их самоидентификации в современный период. В процессе сбора полевого материала автор данной работы обратил внимание на тот факт, что у гагаузов Молдовы и Болгарии понятие «гагауз» имеет определенные различия. У первых оно выступает в качестве этнонима, то есть самоназвания этноса. Для гагаузов Болгарии в настоящее время понятие «гагауз» обозначает принадлежность к данной этнокультурной группе, так как по национальной принадлежности они включают себя в более широкую этническую общность – болгары. По определению С.А. Арутюнова, «этническая общность – это, прежде всего, общность, связанная определенной общей культурой в самом широком понимании этого слова».

        В настоящее время при определении своей этнической принадлежности, гагаузы Болгарии используют принцип двойной самоидентификации. Это наглядно проявляется при анализе результатов проведенного опроса, в ходе которого информаторы идентифицировали себя следующим образом: «Мы гагаузы, но мы также и болгары» или «Мы болгары, но одновременно  мы и гагаузы».

       Материалы проведенного нами исследования показали, что гагаузское самосознание более ярко проявляется у жителей с. Болгарево. Значительная часть народных песен на гагаузском языке также была записана в этом же селе. Название современного торгового заведения (бара) «Механа при гагауза», находящегося в центре отмеченного села, вероятно, можно рассматривать как одну из форм проявления этнической идентичности у отдельных представителей гагаузов Болгарии.

       В качестве основных различий между гагаузами и болгарами информаторы исследованных нами гагаузских сел Болгарии отмечали язык и некоторые трудновыявляемые психические особенности: гагаузы по характеру более открыты, чем болгары, но в то же время для них характерна и несколько большая эмоциональность, темпераментность, вспыльчивость, упрямство (inat, hızlı kızêê, babautlı (?) . Таковы основные характеристики самооценки гагаузов. Здесь же информаторы акцентировали внимание на сохранении у гагаузов в прошлом (в некоторой степени и в настоящем) традиции ношения при себе холодного оружия – ножа (bıçak). Данные, приводимые болгарскими исследователями (Д. Тодоровой, Т. Велко) подтверждают результаты наших полевых материалов. По их сведениям, поведение гагаузских мужчин отличается горячим и мстительным нравом; они всегда носили с собой нож, который нередко использовали при выяснении отношений. Определенные различия в характере и в поведении гагаузов и болгар отмечали также священники Бессарабии, работавшие в гагаузских и болгарских приходах, а также некоторые исследователи XIX в. (А. Защук и др.).

       Некоторые различия между гагаузами Болгарии и Бессарабии (Молдовы и юга Украины) имеются в названии своего родного языка. В настоящее время гагаузы Молдовы называют свой язык «gagauzça» (гагаузский). Употребление ими по отношению к своему родному языку определения «gagauzça», вероятно, относится к концу XIX – началу XX века, которое использовалось наряду с названием «türkçä» (тюркский или турецкий).

       В определенной степени более активное употребление термина «gagauzça» для обозначения родного языка связано с изданием в начале XX века религиозным деятелем и просветителем М.М. Чакиром религиозных книг на гагаузском языке (Псалтырь, Евангелие и др.). И лишь пол века спустя, в 1957 г. была введена гагаузская письменность (на базе кириллицы), издан первый учебник по гагаузской грамматике. Данное событие, безусловно, способствовало активизации процесса идентификации своего родного языка как «гагаузского». По мнению М.Н. Губогло, введение письменности «вряд ли оказало бы сколько-нибудь заметное влияние на формирование этнической идентичности гагаузов, если бы вслед и благодаря письменности не появилась бы художественная литература, воздействующая на рост самосознания не только с помощью слова и логики, но и благодаря пробуждаемым чувствам и душевным озарениям».

      Полевые исследования, проведенные нами в гагаузских селах Молдовы, показали, что некоторые информаторы старшего возраста (80-90 лет) продолжали называть свой язык «türkçä»: Sän nerdän türkçeyi bilersin? («Ты откуда знаешь по-турецки?»). Гагаузы Болгарии редко используют для своего языка название «gagauzça»; в основном они называют его «türkçä», но противопоставляют турецкому языку «aslı türkçä» (досл. настоящий турецкий). При вопросе, можно ли с вами пообщаться на гагаузском, некоторые из них отвечали, что не знают этого языка, поскольку не идентифицировали свой язык с этим названием. Дифференциация гагаузами Греции своего языка и турецкого по принципу «gagauz türkçası» и «türkçasına», возможно, относится к современному периоду. Для них традиционным является обозначение своего языка как «türkçä». Таким образом, гагаузы, используя общий термин по отношению к своему и турецкому языку, не считают их одним языком. В этой связи следует особо отметить, что нельзя ставить знак равенства между турецким и гагаузским языком.    

       Сведения о разделении гагаузами Болгарии собственного (гагаузского) и турецкого языка приводятся также болгарским ученым Ж. Стаменовой.

       Изучение роли и функциональной значимости языка у гагаузов связано с вопросом о том, были ли гагаузы в основной своей массе двуязычны при переселении в Бессарабию. По данному вопросу болгарские ученые придерживаются точки зрения о билингвизме гагаузов (Г. Занетов, В. Матеева). Однако обнаруженные нами архивные данные не дают основания для однозначных утверждений по отношению к гагаузам Бессарабии. В документах фонда Кишиневской Консистории содержится информация, позволяющая говорить о национальном составе села и языке, на котором говорили прихожане. Данные сведения в определенной степени позволят конкретизировать вопрос о том, были ли гагаузы двуязычны при переселении в Бессарабию.

      В материалах дел указанного фонда (ф. 205) имеются отказы священников работать в гагаузских селах. Одной из причин для такого отказа служило незнание ими языка прихожан. До конца XIX века язык, на котором говорили гагаузы, в официальных документах обозначался как «турецкий» или «турецкое наречие», а гагаузов называли «болгары, говорящие по-турецки». Архивных сведений, позволяющих говорить о том, что гагаузы какого-то села одновременно владели и болгарским языком, нам зафиксировать не удалось. Так, в качестве причины для перевода из колонии Бешалма Буджакского уезда в с. Гасан-Батыр (дело за 1823-1824 гг.) священник Каневский указал на трудности в работе из-за незнания им языка, на котором говорят прихожане «на турецком наречии». Здесь же отмечается, что некоторые из них говорят по-молдавски, возможно, молдаване по национальности.

      В деле (за 1823-1824 гг.) священника Кишиневского Болгарского Вознесенского собора Батку И., которого, согласно распоряжению Консистории, перевели в колонию Болград, имеется его прошение о переводе на прежнее место работы, то есть в Кишинев. В качестве причины священник назвал незнание им языка жителей, что создавало для него огромные трудности в работе: не может работать с «бессловными прихожанами», так как «там почти все прихожане разговаривают на турецком языке, а иные вовсе болгарского языка не разумеют». Из этого документа видно, что определенная часть жителей колонии Болград не владела болгарским языком. Учитывая тот факт, что в данном населенном пункте вместе с болгарами жили и гагаузы, то становится понятным, какие из них не владели болгарским языком.

      В деле о переводе священнослужителей и монашествующих в другие приходы Кишиневской епархии за 1819-1820 гг. имеется прошение пономаря колонии Кубей И. Телеуцы, который просил перевести его в другое село, так как «там болгарские переселенцы 1818 г. говорят на турецком языке и он лишается дневного пропитания».

       На основании приведенных документов, позволяющих рассмотреть ситуацию с языковым вопросом в некоторых гагаузских и смешанных гагаузско-болгарских селах, можно говорить о том, что в начале XIX в., то есть при переселении в Бессарабию основная часть гагаузов, по-видимому, не владела болгарским языком.

       Таким образом, по языковому признаку гагаузы идентифицировали себя как тюркоязычные. Вместе с тем, из архивных материалов видно, что после переселения в Бессарабию некоторая часть гагаузов, владеющих азами грамоты, писала и читала на греческом языке. Часть писем и прошений, поданных ими на имя колонистского начальства и в суды в 20-40 гг. XIX в., составлены на греческом языке. Нередко встречаются документы, в которых колонисты из гагаузских сел и с характерными гагаузскими фамилиями, подписываясь, использовали буквы греческого алфавита. Интересно отметить, что в документах, составленных от имени всего сельского общества или от некоторых его представителей, фигурируют колонисты с фамилией Гагауз, владеющие греческим языком. Приведенные сведения позволяют высказать предположение о том, что часть гагаузов, которая при переселении в Бессарабию записалась греками, при идентификации исходила из религиозного (принадлежность к греческой церкви) и в определенной степени из языкового, культурного и, вероятно, даже генетического родства с греками. (Отметим, что часть гагаузских фамилий и имен имеет греческое происхождение).     

       В конце XIX в. и особенно в начале ХХ в. усилилось этническое самосознание гагаузов. Определяющую роль в этом процессе играл язык. С 1905 г., особенно с 1917-1918 гг., увеличилось количество требований местных обществ о назначении в приходы священников гагаузского происхождения или владеющих их языком. (Аналогичные просьбы о назначении в болгарские приходы поступали и от священников-болгар). Такого рода требования нередко были связаны с вопросом о национальной принадлежности местных священников.

      Процесс усиления этнической идентичности в некоторой степени можно рассмотреть на примере архивных материалов, касающихся гагаузского духовенства. Так, в конце XIX – начале ХХ в. дядя известного гагаузского религиозного деятеля и просветителя Михаила Чакира Дмитрий Чакир, написавший в  1899 г. брошюру «Биографический очерк рода и фамилии Чакир», причислил себя к болгарам. В прошении (за 1914 г.) о переводе священника К. Статова из болгарского прихода с. Кот-Китай в гагаузский приход с. Татар Копчак на основании поданных им бумаг он был записан следующим образом: «по нации он гагауз-болгарин». В прошении М. Грекова за 1918 г. о назначении его священником в с. Баурчи, в качестве одной из причин приведен следующий аргумент: «я по происхождению гагауз и говорю на их языке …». Данные записи в определенной степени дают возможность проследить процесс постепенного перехода гагаузов Бессарабии от принципа двойной самоидентификации (гагаузы-болгары) к идентификации себя только с одним этносом (гагаузы).

       Что касается вопроса о билингвизме гагаузов (гагаузско-болгарском), то он требует специального исследования. До настоящего времени невозможно однозначно ответить на вопрос о том, были ли гагаузы до переселения в Бессарабию двуязычны в основной своей массе или же двуязычие существовало только в смешанных гагаузско-болгарских селах и семьях. Приведенные нами выше архивные материалы, относящиеся ко времени после переселения гагаузов в Бессарабию (начало XIX в.), свидетельствуют о том, что в основной своей массе гагаузы все же не владели болгарским языком. Знание болгарского языка у гагаузов Молдовы и юга Украины имеет место в настоящее время в смешанных гагаузско-болгарских селах. В современный период о реальном билингвизме гагаузов Молдовы можно говорить по отношению к русскому языку: он является средством общения, с его помощью получают знания, происходит культурное развитие народа и его приобщение к мировым культурным ценностям.

       В конце ХХ в. в результате активизации этнического самосознания и сложившихся исторических условий на территории Республики Молдова было создано Автономное территориальное образование «Гагауз Ери» (в 1994 г.). В современный период идет процесс возрождения народной культуры и языка. Гагаузский язык, история и литература преподаются в качестве самостоятельного предмета в школах и Вузах. Он сохраняет свою функциональную значимость как язык общения в быту и активно используется различными поколениями. 

      У гагаузов Болгарии в настоящее время наиболее распространенной формой общения является болгарский язык. Поэтому при записи песен автор испытал большую сложность, так как основная часть песен на гагаузском (тюркском) языке забыта. Информаторы в основном предлагали спеть песни на болгарском языке. (Интересно отметить одну деталь, у гагаузов Болгарии значительное число песен было записано у мужчин, в то время как у гагаузов Молдовы – в основном у женщин.) Исполнение гагаузами значительного числа песен на болгарском языке связано, по словам информаторов, с распространением и расширением системы школьного образования. И в настоящее время редко, но все же встречаются пожилые люди, не владеющие (или слабо владеющие) болгарским языком (например, в с. Генерал Кантарджиево). Из-за языкового барьера контакты и смешанные браки между гагаузами Болгарии и болгарами не имели особого распространения до середины ХХ века. По словам информаторов, родители давали сыну благословение на брак в случае, когда девушка могла изъясняться на тюркском языке (Болг., Кант.). Аналогичные сведения о функционировании болгарского языка в гагаузских селах Болгарии и заключении межнациональных браков (между гагаузами и болгарами) приводятся болгарским этнографом С. Средковой. На территории Бессарабии до середины ХХ века межэтнические браки между гагаузами и болгарами не получили широкого распространения.

      В настоящее время гагаузский (тюркский) язык используется в основном лишь пожилыми людьми в тех селах Болгарии, в которых гагаузы составляют большинство населения. Поколение среднего возраста понимает, но уже не говорит на родном языке или же разговаривает на нем с трудом. Однако языковая ситуация не во всех селах одинакова. В с. Генерал Кантарджиево гагаузский (тюркский) язык, народные песни, обычаи и обряды сохранились лучше, чем в остальных исследованных нами селах. Это объясняется, вероятно, особым расположением села (его удаленностью от путей сообщения), сложившимися историческими условиями (довольно длительным временем нахождения этого села в составе румынской Добруджи (до Второй Мировой войны), во время которого болгарский язык, по сообщениям информаторов, не употреблялся). В селах Болгарево и Орешак общение жителей друг с другом нередко происходит на гагаузском (тюркском) языке. Ряд обычаев и обрядов совершались до 50-х – 60-х годов ХХ века. Значительные перемены, произошедшие в образе жизни, в одежде, в системе питания, являются результатом социально-экономических изменений, а также следствием влияния городской культуры.

via www.ethnogagauz.pochta.ru

предыдущая страница                                                следующая страница

Форма входа

Спонсоры сайта
Современный электродвигатель недорого купить

Новости

Поиск
Гагаузия в новостях, e-mail: info@gagauzia.ruКонструктор сайтов - uCoz